Потенциал военного конфликта между Россией и Украиной над Азовским морем внезапно вспыхнул в результате инцидента в Керченском проливе 25 ноября. Российские морские патрульные силы патрулировали, стреляли и задержали три небольших украинских военных корабля - два катера и буксир - и их экипажи. Политические круги Великобритании и США, которые больше всего стремятся к непримиримой борьбе с Россией, быстро раздули пламя для полномасштабного международного кризиса.

На момент написания этой статьи судьба предстоящей встречи президентов Дональда Трампа и Владимира Путина, запланированная в кулуарах саммита G20 30 ноября - 1 декабря в Аргентине,стала илюзорной. В беседе с Washington Post, опубликованной сегодня вечером, Трамп находясь под постоянным давлением чтобы быть жестким с Россией, сказал: «Может быть, у меня даже не будет встречи. Мне не нравится эта агрессия. Я не хочу этой агрессии вообще».

Кто совершил агрессию и кто совершил провокацию усилено оспаривается с того момента, как стало известно об инциденте, в котором были ранены шесть украинских моряков. Президент Украины Петр Порошенко созвал в воскресенье чрезвычайное заседание Совета безопасности и обороны, объявил о подготовке введения военного положения и обвинил Россию в агрессии. Представитель МИД России Мария Захарова обвинила Киев в использовании «бандитских методов» для достижения своих целей, поскольку он «сначала совершает провокацию, затем играет в силовые игры и в конце концов обвиняет другую сторону в агрессии».

Суть инцидента

Столкновение произошло при подходе к Керченскому проливу, который является единственным входом в Азовское море из более крупного Черного моря. На восточной стороне пролива находится Краснодарский край России, а на западе Крым - полуостров, который принадлежал Украине после распада Советского Союза в 1991 году, но отделился и присоединился к России в 2014 году, через три недели после поддержаного Западом переворота в Киеве, сместившего законно избранного президента Украины Виктора Януковича. Присоединение Крыма к России не признано на международном уровне и было предлогом для санкций США против России. На северном берегу Азовского моря находится портовый город Мариуполь, к которому можно добраться только через Керченский пролив.

Прохождение через пролив регулируется договором между Россией и Украиной 2003 года, согласно которому Россия несет ответственность за регулирование плавания в этих внутренних водах Украины и России. Договор оставался в силе даже после потери Украиной контроля над Крымом. Российский дипломат Дмитрий Полянский, выступая 26 ноября на заседании Совета безопасности ООН по вопросу кризиса, отметил, что украинские корабли нарушили территориальные воды России «на территории, которая была территорией России ещё до 2014 года». Украинцы «отказались реагировать на законные требования ФСБ России и Черноморского флота России и попытались самостоятельно пройти в пролив».

Россия была начеку против любых попыток совершить проход в Керчь без соблюдения предписанных договором процедур и с марта-апреля этого года ужесточила требования к уведомлению и инспекционным проверкам. 25 марта и 10 апреля украинские войска задержали два российских судна: одно в Азовском море и одно, когда оно в Одессе (украинский порт в другой части Черного моря), в первом случае обвиняя Россию в незаконном рыболовстве в водах Украины, а во втором – в проведении дноуглубительных работ в Крыму. Москва обвинила Украину в «пиратстве» в этих инцидентах.

В мае Россия завершила строительство дорожной части моста через Керченский пролив, впереди реализация крупного проекта железной дороги моста, соединяющего Крым с остальной Россией. Президент Путин открыл мост для движения, сам водил большой грузовик через пролив. Этот мост сразу стал объектом открытых призывов к террористическим атакам изнутри Украины и из-за рубежа, от тех, кто специализируется на подстрекательстве Киева к противостоянию с Россией. Самым шокирующим был заголовок, появившийся в Washington Examiner от 15 мая 2018 года: «Украина должна взорвать Крымский мост Путина». Автором, который написал в «Военные исследования», что «бомбардировка моста будет ... очень болезненным ударом по амбициям Путина и его пропагандистским стремлениям», -  был некто Том Роган, американский ученый, выросший в Великобритании и окончивший Королевский колледж в Лондоне.

Глава Федеральной службы безопасности РФ (ФСБ) Александр Бортников заявил в мае, что «мосты и ресурсы подготовлены для скоординированных действий в случае террористических угроз» на мосту.

Россия быстро откликнулась на подход трёх кораблей 25 ноября, временно заблокировав путь под центральной аркой моста большим грузовым судном. Два дня спустя российские СМИ продемонстрировали признания офицеров Службы безопасности Украины (СБУ), находившихся на борту трех кораблей, что они сознательно пытались проникнуть в пролив, не предупредив об этом, чтобы создать прецедент. Эта версия завоевывает доверие из-за того, что в сентябре 2018 года два корабля ВМФ Украины уведомили и благополучно прошли через пролив; значит решение не делать этого было сознательно принято.

Атлантический совет призывает к эскалации

Члены англо-американской партии войны безоговорочно готовились использовать этот инцидент для наращивания присутствия НАТО прямо у берегов России. 7 сентября Атлантический совет(Вашингтонский мозговой центр, финансируемый Британским правительством) опубликовал статью Стивена Бланка из Совета внешней политики США, который призвал поставлять Украине противокорабельные ракеты и «жизнеспособную стартовую платформу и систему таргетинга» для использования в Азовском море.

После инцидента на этой неделе Атлантический совет (AC) был готов к новым призывам к эскалации. 26 ноября он опубликовал вопросы и ответы под заголовком «Россия снова нападает на Украину. Как следует реагировать Украине, НАТО и Западу? ».

Андерс Ослунд, старший научный сотрудник AC: «НАТО и Соединенные Штаты должны отправить морские суда в Черное море в акваторию Азовского моря, чтобы гарантировать, что оно будет открыто для международных перевозок».

Тарас Березовец, Украинский институт будущего: «Запад должен закрыть доступ России к межбанковской клиринговой системе SWIFT, ввести нефтяное эмбарго против Российской Федерации и расширить военную помощь Украине».

Питер Дикинсон, нерезидент AC, заявляет: «Пошлите многонациональную военно-морскую целевую группу, чтобы без промедления пройти через Керченский пролив в Мариуполь. Это проверит решимость Москвы и установит ограничения издевательствам России ».

Адриан Каратницкий, старший научный сотрудник AC: «НАТО, США и Запад должны реагировать усилением санкций, созданием гораздо более крупного военно-морского присутствия на Черном море и увеличением помощи Украине летальным оружием. Также требуется усиление санкций ... ».

В противовес такому подстрекательству к войне военный аналитик Лайль Гольдштейн из Военно-морского колледжа США написал в прошлом месяце в National Interest, что ответственные лидеры лучше бы, остерегались «противостояния в Азовском море», поскольку «этот сценарий конфликта в России сделает операции в Сирии похожим на игру в крокет». Он предположил, что растущая напряженность вокруг Азовского моря связана с «бесчисленными агркссивно настроенными советниками Трампа, которые ... сорвали попытку президента улучшить отношения с Кремлем». Гольдштейн предупредил: «Проведение крупных военных учений НАТО вдоль уязвимых границ России и в крайне нестабильных районах бывшего Советского Союза противоположна мудрой сдержанности ».

Военное положение

Джокером в эскалации напряженности между Востоком и Западом через Украину является поведение политически отчаявшегося Порошенко. Его первоначальная попытка объявить военное положение в течение двух или трех месяцев и по всей Украине была отбита крупными политическими партиями в Верховной Раде (парламенте), которые опасаются, что Порошенко намерен отменить президентские выборы намеченные на март 2019 года, и парламентские выборы, в течение 2019 года. В итоге Верховная Рада одобрила закон о военном положении на 30 дней и только в украинских областях, граничащих с Россией.

В интернет-трансляции, опубликованной 27.11. 2018 г. под заголовком «Военное положение – диктатура Порошенко вместо демократии», украинский учёный-экономист Наталия Витренко, лидер Прогрессивной социалистической партии Украины (ПСПУ), раскрыла неадекватность инцидента в Керченском проливе предлогу для объявления военного положения.. Она указала, что Киев не вводил военное положение  ни в 2014 году, когда отделился Крым, ни во время кровопролитных сражений в Иловайске в 2014 году, ни в Дебальцеве в 2015 году, когда силы украинской армии были окружены и разгромлены повстанцами на востоке Украины в Донбассе, которые отверг неонацистский переворот в Киеве в феврале 2014 г.

У зарубежных спонсоров Порошенко могут быть свои причины спровоцировать противостояние с Москвой, но Витренко сказала, что у Порошенко лично есть только один мотив: чтобы не проиграть выборы.

Витренко отметила, что закон, предусматривающий объявление военного положения, был принят в 2015 года в явном ожидании того, что он будет использоваться в ближайшем будущем. Условия военного положения являются серьезными. Они дают правительству право командовать рабочими кадрами, инфраструктурой и жильем для использования военными. Вводится строгий комендантский час и ограничения на поездки. Разрешается  несанкционированный обыск людей, изъятие их имущества, в том числе домов. Деятельность тех политических партий или организаций, которую расценят как угрозу «территориальной целостности» Украины, может быть запрещена. Государство берет на себя управление всеми медиа, включая любительские трансляции и компьютерные сети. По словам Витренко, конституционные права на гарантии прожиточного минимума и здравоохранения, а также на защиту от религиозной или этнической дискриминации, приостановлены в соответствии с законом о военном положении. Религиозный аспект важен, добавила она, потому что продолжающаяся кампания Порошенко по объединению всех православных приходов в одной церкви, независимой от Московского Патриархата, представляет угрозу для половины православных приходов в стране, которые остались аффилированными с русской церковью; теперь у них может быть меньше защиты от атак и физического захвата.

Она предположила, что выборочное создание таких условий только в северо-восточных, восточных и юго-восточных областях Украины было преднамеренным, целенаправленным воздействием на области, где более высокий процент населения по-прежнему выступает за дружеские отношения с Россией.

Источник: Australian Alert Service, 28 November 2018, Vol.20.48

https://gallery.mailchimp.com/0e711a75e092d068debcd1a03/files/c0cdb285-298c-457f-8597-819527c50286/AASVol20No48_Almanac36_email.pdf